Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: fanfiction (список заголовков)
19:58 

О хладном звоне одиночества

Улыбайся. Кто-нибудь может влюбиться в твою улыбку
Автор: Патлатый.
Фэндом: Ориджинал.
Персонажи: Мальчишка\люди.
Рейтинг: G .
Жанры: Ангст, Психология, Философия, Повседневность, POV .
Размер: Драббл, 2 страницы
Кол-во частей: 1
Статус: закончен.

Описание:
Сколь примитивен повседневный водоворот жизни, сколь жалки люди, которые поддались такому быстрому течению реки Бытия. Особенно в глазах безымянного прохожего, мальчишки, "затерявшегося" среди толпы. Серая масса лиц безразличных прохожих, холодная и неприветливая весна... Говорят, человек может искренне любить. А этот малый научился искренне ненавидеть и призирать госпожу Повседневность. Не добьет ли его одиночество?
Посвящение:
Госпоже Повседневности.
Публикация на других ресурсах:
Только с разрешения автора.
Примечания автора:
В некоторой степени автобиографическое. Извиняюсь, если мой быстротечный поток безумных мыслей и идей несколько повредил вашу психику.


Презренная суета вокруг. Все люди спешат по своим неотложным и жизненно необходимым, по их мнению, делам. А что же тут такого не нормального? Против чего я восстаю? Почему бы и мне не поддаться столь быстрому течению реки жизни, этому осточертевшему водовороту повседневной рутины и стать, наконец, таким, как все?
В пересохшем горле застревает звериный рык: « Никогда!».
Снег падает крупными бесформенными хлопьями. Холодный северный ветер завораживает, замораживает, пробирает до самых костей крепче обычного. А что, если не в этом дело? Если мне так морозно и безрадостно не по этой причине? Тут нечто более глубокое, более непонятное для остальных, более неприятное них…
Иногда меня посещают слишком печальные мысли: мне кажется, что лишь в моей душе бушует буря. А все люди, проходящие мимо, все улыбки, звонкий смех и разговоры, - все это ложь. Они, - по крайней мере их большинство, - пустышки, не имеющие понятие о Прекрасном, о Дивном, о Главном. Так уж карты легли - не встретил я того человека, который искренне меня бы понимал. Нет таких людей. Да и не нужно. Лучше – быть одному, ведь обыденное одиночество – моя безграничная сила, моя отстраненность, моя чудесная возможность взглянуть на мир с нейтральной стороны. Придет время – я научусь ею пользоваться.
Солнце – ослепительный лик бога - давно померкло и скатилось клубком за рыжую полосу горизонта. Быстро? Кто знает, я уже давно потерял счет времени… Сколько я уже здесь стою: один, прислонившись к ледяному электрическому столбу, неподвижный, как статуя, нырнувший с головой в свои мысли. Свет – тьма, слякоть – лед, все в себя впитала туманящая разум повседневность. Даже весну. Даже надежду. Почти мертвый. Только теплится еще в груди ласковый теплый огонек, больно обжигающий замерзшее тело. А может, не стоит хоронить себя раньше времени?
Усмехаюсь. Довольно-таки криво. Саркастически? Вовсе нет. Просто насмешливо. Мне одновременно смешно и горько наблюдать за жизнью на улице. Вон, у входа в метро уже надцатый час подряд стоит замерзшая до полусмерти девушка и отчаянно тыкает под нос выходящим из метро людям свои чертовы цветные рекламки. А поодаль стоит на коленях старушка и просит людишек хоть немного раскошелиться. Непрерывно молится, просит бога помочь. А бог не слышит. И люди, к слову, тоже. Безразличные, они проходят мимо нее, некоторые отворачиваются, стараясь не замечать, а другие наоборот – показывают пальцем, хихикают. Ну и где ваш бог, люди? Где он, когда вы так нуждаетесь в нем?
О, Всевышний. Кем бы ты ни был и как бы тебя не называли, какие бы заповеди не приписывали к тебе, обрати свои очи в этот захудалый район, помоги тем, кто в этом нуждается! Ты ведь создал Землю и этих двуногих тварей, так не бросай же их на произвол судьбы. Что ты, прямо как ребенок, которому давно осточертели старые потрепанные игрушки. Вспомни, кем ты являешься, Боже!
А люди недовольно на меня косятся. Будто слышат мои тихие мысленные стоны. Чувствуют, что я тайно богохульствую, укоряют, обвиняют, упрекают в чем-то.
Вот из метро хлынула очередная толпа уставшего народа. Все возвращаются с работы, все уже мечтают о теплом чае и о многих других прелестях жизни.
Люди разные и каждый человек – индивидуален? Какой сладкой лжи вы учили меня, Ольга Григорьевна. Вы и сами верили в это до последнего. Они во всем одинаковые, дорогая моя. Как матрешки. Лица, действия, желания – во всем.
Улыбка становится чуть шире.
Как забавно наблюдать за людьми, которые шарахаются, стараются поскорее пройти мимо, только завидев мою гримасу. Потому что им страшно. Потому что они боятся увидеть в моей усмешке, в моих злобно сощуренных глазах нечто большее, чем привыкли видеть на лицах безымянных прохожих. Вечно они стараются избегать тех, кто не похож на них. Зачем им лишние неприятности, приключения на задницу, грустные случаи? Им и без них комфортно: дом, машина (или ее отсутствие), семья, работа, телевизор, чашка чая, рюмка водки…
«Нате, люди, дар от Бога-Господа. Вам ведь больше ничего не нужно для счастья, так ведь?»
Конечно, лучше пройти мимо. Кому придет в голову сумасшедшая идея подойти к постороннему человеку и поинтересоваться, почему он грустит или плачет? Разве что, пьяному? Зачем искать себе неприятности в глазах маленького, ненавидящего весь этот чертов мир, мальчика? Кому какое дело до меня? Не слишком ли я высокого о себе мнения?
Тусклым светом зажглись фонари. Таким печальным, угасающим светом, который не дарит ни тепла, ни радости. Как все мрачно. Как мрачен этот «прекрасный мир». Что за холодная и ничуть не приветливая весна? Где солнце, птицы, веселье и радость?
Медленно возвращаюсь в реальность. Провожаю растерянным взглядом пятую маршрутку, ушедшую прямо перед носом. Маршрутка переполнена донельзя, задние колеса проседают. Но люди упорно толкаются внутрь, матерятся себе под нос, проклинают кого-то. Они устали, они хотят домой, чтобы вновь после тяжелой работы переродится в сытых и прилично одетых господ. Ведь впереди выходные, а у них столько грандиозных планов.
Стекла полностью запотели – хоть пальцем пальмы рисуй. Люди прямо нависают друг над другом, давят, даже падают. Дева в брачную ночь не так жмется к своему суженому, как эти дикие двуногие существа, овладевшие на мгновение таким непрактичным видом транспорта. Наступают другим на ноги, пинают чьи-то сумки и портфели, еще и умудряются из-за чего-то переругиваться с задолбанным водителем. О, какой же прекрасный вид на эту расписную картину открывается снаружи!
Продолжаю удивляться людям. И продолжаю наблюдать за ними – это ведь так увлекательно. Только ледяные порывы ветра иногда возвращают меня в цельнометаллическую реальность.
Я перестаю чувствовать руки. Ветер-озорник уже давно скинул с меня капюшон. Волосы намокли от обилия снега. Ничего. Это нормально, я ведь тоже человек. Я - маленькая песчинка этой густой серой массы. Я, попросту говоря, такой же, как они.
Холод, холод. Повсюду холод.
«Пора домой…» - мелькает в моей ветреной голове единственная здравая мысль.
Действительно, пора. А то так и насмерть замерзнуть недалеко. ОНА все равно сегодня не придет. Как и вчера, и неделю назад… Иногда мне кажется, что она покинула меня, моя Радость, мое вдохновение, моя Муза. Но горячий огонек в груди напоминает, что она обязательно вернется.
Я разворачиваюсь и, не молвив никому ни слова, направляюсь домой. Ничего, можно и пешком пройтись. Не так уж это «старое ветхое здание» далеко. Дом, в котором меня никто никогда не ждет. Только голодный рыжий кот по кличке Римус Хенкпромс. Но он же не в счет, правда?
Снег падает крупными бесформенными хлопьями, мягко ложится под ноги, поскрипывает под тяжелыми сапогами. Холодный северный ветер пробирает до самых костей крепче обычного. Не встретил я еще того человека, кто бы искренне меня понимал. Нет таких людей, да и не нужно. Лучше – быть одному, обыденное одиночество – моя безграничная сила. Придет время – я научусь ею пользоваться.

@музыка: Sistem Of A Down – Aerials

@темы: ориджинал, мое, безуспешная попытка щито-нибудь написать, fanfiction, emotional outburst.

00:39 

О счастье и соплях

Улыбайся. Кто-нибудь может влюбиться в твою улыбку
Автор: Патлатый
Фэндом: No.6
Персонажи: Крыс\Шион
Рейтинг: G
Жанры: Джен, Слэш (яой), Романтика, Ангст, Юмор, Флафф, Фантастика, Психология, POV, Hurt/comfort, ER (Established Relationship)
Размер: Драббл, 2 страницы
Кол-во частей: 1
Статус: закончен

Описание:
Отчего Крыс выглядит таким счастливым? Он же только что навсегда попрощался с Сионом. Нет? Не попрощался? Момент прощания затянулся? Ах, не может быть, будет продолжение?!
Посвящение:
Всем читателям.
Публикация на других ресурсах:
Исключительно с разрешения автора. И только изящно вычертив мой ник в самом низу слева.
Примечания автора:
Ответ к описанию: Нет, господа. Продолжения не будет. Но аниме понравилось и я все-таки решился на еще один отважный шаг - написать не ориджинал. Следует вам сказать, это трудно - придерживаться линии канона. Нужно не потерять "природные" характеры героев, не упустить ни единой мелочи, при этом не просто описать аниме или мангу, а что-то выделить, что-то убрать. Черт побери, какой затягивающий процесс! Кажется, я вошел во вкус!
ЗЫ: очень надеюсь созерцать ваши комментарии. Можете указывать на ошибки, недостатки и недоработки. Кусаюсь не часто, пускай и рычу очень убедительно) Дружелюбен. Не в меру умен. Не женат (последнее исключительно из-за чувства юмора. Для заинтересовавшихся, приметка: я не говорил, что чувство юмора у меня хорошее).


Вот уже целый час Крыс чувствовал себя по-настоящему счастливым. Нет, действительно по-настоящему. Бренной «радости» повседневной жизни и мимолетным подаркам судьбы ни за что не сравниться с этим назревающим, поспевающим яблоком – Чувством.
Вот уже целый час, как Крыс покинул Шиона и отпустил мальчишку. Он позволил ему шагнуть навстречу городу, стертому с Земли, - навстречу Номеру шести. Признаваться белобрысому в том, что он сгорает от ревности, Крыс, разуметься, не стал. Потому что Шион, скорее всего, рассмеялся, только заслышав такую глупость. Ну а как же это со стороны? "Прости, Шион, но я тебя никуда не отпущу. Ты останешься со мной навсегда, я буду тебя любить, оберегать, холить и лелеять. И вообще, в этом ужасном городе больше ноги твоей не будет. Не надо меня спрашивать, почему. Я ревную тебя к Номеру шесть. А будешь смеяться - я тебе зубы выбью. Ты ведь останешься со мной, солнышко?" Крыс бы точно рассмеялся, скажи кто ему такое же. И вмазал бы на всякий случай пару раз. Чтобы нос не задирал.
«По крайней мере, с пацаном будет все хорошо, - убеждал себя Крыс, убеждал себя, что он ликует. - там он встретиться с матерью, с возможными друзьями, продолжит учебу или найдет себе достойную работу – по крайней мере у него уже есть опыт в помывке собак. Весьма полезно. А еще он примет яростное участие в отстройке Внешнего и Внутреннего городов. Хотя о чем я? Нету уже никаких Внешних и Внутренних. Теперь громадная черта стерта. Теперь все по-новому».
Крыс ускорил шаг. Ему хотелось поскорее добраться к дому. Плюхнуться на кровать рядом с Шионом, отвернуться от его глупых вопросов, вытолкнуть все непрошенные мысли из головы, заснуть. Но мальчишка ушел, а дом…
«Ах да, недавно была ведь очистка. О чем я только думаю! Никакого дома и в помине нет. Придется опять просить ночлега у Собачницы. Заплатить-то нечем, все деньги на вылазку потратил. На весьма успешную вылазку, но успех прилетел на крыльях многочисленных потерь и пролитой крови. Вот, Шион чуть не погиб… Как там Инукаси сказал..ла? "Я спасусь, я выживу"? А вы подыхайте тут, коль хотите? - парень тихо рассмеялся. И продолжил мерно шагать, все поторапливая себя, чуть ни срываясь на бег.
Странно это: вот так просто идти, не слышать сзади себя сбитое дыхание белобрысого чудика, не замечать краем глаза его волочащееся тело, не улыбаться краешком губ, глядя как он храбриться и заставляет идти себя дальше.
«Шион… Он, скорее всего, встретит прекрасную, умную и добрую девушку, они поженятся; - решил Крыс. - Клава – пусть ее зовут так – родит ему двойню, а Шион, седовласый пройдоха, посмотрит на своих маленьких карапузов, вздохнет печально и скажет: «Прямо как Софу и Крыс. Пусть же их зовут Софу и Крыс!». И все закончиться вполне сопливо и уныло. На свадьбу, конечно же, меня не позовут, я ведь какой хочешь праздник испорчу... Да и вряд ли кто-либо сможет вытолкать за двери в конец пьяного Крыса. Зато будут жить они счастливо, в любви и согласии. А перед сном плутишка Шион будет пугать детей страшилками про меня, нашептывая, что когда-нибудь злой демон по имени Крыс придет и испортит им жизнь, если маленькие детки не будут слушаться маму и папу. А я буду все тайком подслушивать, после чего смеяться от души. Каким способом? Конечно же, опираясь на старый добрый метод, на маленьких серых друзей – на крыс. В частности на Гамлета. Он очень привязался к этому парню».
Крыс споткнулся. Упал, больно треснувшись головой о сухую землю.
Черт, побери! Пусть все это волшебство и зажившие раны – правда, но Крыс смертельно устал. Казалось, будто сама Смерть заглянула к нему в глаза и через несколько мгновений отвернулась, не выдержав тяжелый взгляд серых цельнометалических мрачных огоньков. Только где это железо, куда оно исчезает в присутствии Шиона?
"До чего же ты, Крыс докатился... Стареешь!"
Устал. В данный момент даже холодная твердая почва казалась Крысу мягкими перинами. Прошло несколько мгновений, когда парень понял, что кто-то мягко гладит его по волосам и улыбается. То, что этот кто-то улыбается и он не враг, - парень, скорее всего, почувствовал, а не увидел.
- Шион? – Крыс прикрыл глаза, решив, что это чудесный и самый подходящий сон. Он ни за что не променяет его на пепельную реальность.
- Я. – тихо, но слишком внятно для иллюзии выдохнул парень. – Проводить тебя пришел. Будто не видно, как ты шатаешься из стороны в сторону!
Брюнет слабо улыбнулся:
- Зачем? Ты действительно полагаешь, что я не дойду? Ты всех по себе судишь, чудик?
- Не скаль зубы. И не рычи на меня. И вообще, тебе нужен отдых, в таком состоянии ты действительно не сможешь идти. Ты с такой "большой" скоростью передвигался...
- Не мешай мне уподобляться улитке.
- А ты голову в ракушку чуть что не прячь! И не надо спрашивать «почему». Потому что ее у тебя нету!
- А сам-то я, бедняга, и не догадался бы. Спасибо, что просветил. - Крыс заставил себя приподняться, не обращая внимания на успокаивающие поглаживания по щеке. Под недоуменным взглядом белобрысого, парень пощупал его за щеку, провел ладонью по лбу, ущипнул за нос…
- Эй, Крыс, я, конечно, понимаю, что ты утомился и все такое, но позволь спросить: что ты, черт побери, творишь?! – пацан увернулся от цепких и длинных пальцев, так приятно холодящих кожу, и вперил свой ясный недовольный взор в хозяина той самой руки.
- Не сон... Это не сон, - невнятно пробормотал Крыс, скорее обращаясь к самому себе, чем к своему седовласому другу. – И кто теперь из нас глупый наивный мальчишка?
-Что? – после нескольких минут раздумий, решил выяснить Шион.
Крыс не ответил. Крыс потерял сознание от усталости с теплой улыбкой на губах. Собирался вначале что-то объяснить неразумному сопляку, но решил отложить это увлекательное занятие на потом и побыть немного в небытие. Пока он не очнется – Шион не уйдет, а это значит, Крыс мог подремать всласть.
Мысли разочарованного и взбешенного таким подлым поступкам друга, Шиона услышали даже в номере пять и четыре.
«Как же так?! Я ведь не успел еще дать ему хорошей затрещины, за то, что поцеловал меня на прощание. Сам же говорил, не целовать его на прощание! Подлый лживый лицемер!»
Вот такими были печальные раздумия Шиона, который безумно любил и уважал Крыса, но которому предстояло тащить последнего на руках до самого Западного района. От разрушенной границы Номера шесть до самого Западного района (!), к слову, тоже разрушенного. Мальчик храбрился, будто впервые покидал город. Только теперь у него, в отличии от того случая, был выбор: отнести пострадавшего из-за него Крыса к Собачнице или отправиться домой, к матери, оставив валяться засранца у самых обломков стен Священного города. Он на 99% был уверен, что Крыс ради него так бы не мучился и придумал бы выгодное аргументированное решение.
Но Шион не был Крысом, именно из-за этого у них было так много неприятностей. Горькое «эх» вырвалось из уст Шиона и затихло. И сдается мне, никто из читателей не усомнился в доброте и выборе мальчика. Стоит ли уже говорить, что парень был на свое горе слишком мягкосердечен?

@темы: No-6, fanfiction, безуспешная попытка щито-нибудь написать., мое

21:20 

Предназначение

Улыбайся. Кто-нибудь может влюбиться в твою улыбку
Возможно, меня вдохновил на такую ерунду предстоящий «конец света», в который я все равно не верю…
Возможно, я просто ем грибы и смотрю ковер.
А может быть, я решил подбодрить тех, кто действительно боится смерти…
Ну, как бы там ни было, впервые я пишу историю такого жанра.
И жду – не дождусь ваших комментариев, господа.







Название: Предназначение
Автор: Патлатый
Фендом: ориджинал
Персонажи: Санька \ Женя
Рейтинг: G
Жанр: Джен, Фемслэш (юри), Флафф, Фэнтези, Психология
Размер: мини
Статус: закончен
Предупреждение: смерть персонажей (ну, как смерть? Они умерли, а потом жили долго и счастливо – примерно так);
ЗЫ: персонажи выдуманные, как вы понимаете. Если какие-то совпадения в именах, внешности и т.д. - это лишь чистая случайность.
Описание:
Постапокалиптика, мистика, зябкая романтика... И весьма короткое приключение двух подростков, спасающихся от верной гибели, тщетно пытающиеся улизнуть от разгневанной Природы. Их можно было бы сравнить с нашкодившими малышами, которые со всей своей юной прытью пытаются удрать от громко ругающейся матери, если бы плата не была столь велика. Мы можем только молча следить за хронологией событий и надеяться, что этим двоим все же посчастливится выжить в этом жестоком мире...
Посвящается:
Официально посвящаю этот фанф своей прекрасной и любимой боевой подруге. Принцесса Лера, мое почтение и низкий поклон. Надеюсь на вашу взаимность.
Публикация:
Исключительно с разрешения автора. И только изящно вычертив мой ник в самом низу слева)






***
Два уставших подростка с тяжелыми походными рюкзаками на плечах, поднимались на холм, покрытый ослепительно-белым снегом. Издалека казалось, что в цветущую некогда долину держат путь двое влюбленных, которые прошли вместе через огонь и воду, и решили не засиживаться дома, а отправиться на поиски прекрасных приключений дальше. На самом деле все было не так. Две девчонки в теплых зимних куртках не были никакой парочкой и вовсе не искали приключений на мягкое место. И так далеко от родного крыльца они ушли совсем не по своей воле! Они отчаянно спасались. Спасались от гнева матери-природы. Гнева, который настиг русские земли неожиданно, опустошив их, уничтожив тысячи людей, сотни городов. Конечно, эти двое были не единственными, кто сумел унести свои ноги и задницы от верной гибели. Но тот факт, что все родные и друзья у ребят уже, вероятно, умерли или умирают, а они могли их спасти, но бросили ради сохранности собственных шкур, из-за страха, обжигающего сердца... слишком печально, чтобы быть правдой.
Хотя об этом упрямые девчонки собирались думать и реветь в самую последнюю очередь. Игра началась, а на кону их жизни. Велика ставка, чтобы проигрывать, знаете ли.
Филосовствовать времени и желания не было. Ни о какой игре подростки даже не желали слышать. Мысли подернулись темно-багровой дымкой и медленно растворились в ней, не имея ни возможности, ни воли сопротивляться. Здравый разум, вероятно, умер несколько часов назад и тела этих несчастных, двигались, руководствуясь практически одними животными инстинктами: «опасность – бежать – спасаться».
Больше похоже на страшный сон. Может быть, именно в этом молча убеждали друг друга девушки. Хотя какой-то чересчур реалистичный был этот сон, слишком долго он длился, наотрез отказываясь кончаться.
«Опасность – бежать - спасаться…»
Разумеется, далеко они бежать не смогли. Да и где можно укрыться от своего предназначения? Чудом спасшиеся подростки просто "выиграли время", прекрасно зная, что грозная Смерть рано или поздно придет за ними, усыпит их непокорные разумы и случится это очень-очень скоро. А потом они проснуться в своих кроватях, примут горячий душ, смывая остатки ужасного наваждения, отправятся куда-нибудь по своим делам...
Да, легче поверить, что это все сон.
А сейчас они просто шли, и шли, и шли. Даже не до конца понимая, куда и зачем.
«Опасность – спасаться – бежать...».
Время тянулось неприлично медленно…
Рыжая из последних сил отчаянно цеплялась за руку подруги. Девчонка, у которой короткие темные волосы скрывала теплая серая шапка, ужасно устала, но не настолько, чтобы показывать свою слабость. Исключительно из-за своего благородного характера (ну или же из вредности и упрямства), она не могла смириться с ТАКИМ поражением. По крайней мере, не сейчас. Не здесь. Не с родной и теплой Женькой.
Взобравшись на холм, обе рухнули в глубокий снег. Никакие мысли в это мгновение их не тревожили. Так бы и пролежали вечность, если не собачий холод. Они ведь так устали… или, крайней мере, слишком многое пережили за один короткий день.
Который час? Три часа ночи? Нет? Новенькие, с треснувшим, но упорно светящимся циферблатом часы на руке Саньки, остановились где-то двенадцать часов назад, когда, собственно, начался весь этот кошмар.
Подумать только, ровно в три часа дня две веселые и беззаботные старшеклассницы, не беспокоясь ни о чем, пили теплый чай с лимоном, играли в «Disciples 3», обсуждали фильм, на премьеру которого ходили девятнадцатого числа и травили друг другу неприличные анекдоты, дико угорая над ними. И тут – «бац» - и Конец Света. Аварии, катастрофы, люди гибнут... Как в настоящих американских фильмах. Нет, эти фильмы близко не стояли с действительностью! Так повзрослеть за каких-то сраных двенадцать часов…
Рыжая тихонько всхлипывала, видимо, только-только осознав, что с ними приключилось. Или не осознав, а просто мысленно проклиная плохой сон. Хотя уверенность, в том, что она находиться сейчас в царстве Морфея, мучительно таяла, оставляя свою хозяйку навсегда. Саша, заставив себя подняться с колен, бесцеремонно дернула подругу за воротник, поднимая на ноги. Они не должны здесь оставаться. Они должны двигаться дальше. Если, конечно, собираются выжить.
"Мы выживем, - убедила себя Санька, неловко поправляя шапку, - Мы просто не имеем права сейчас сдохнуть. Это будет нечестно".
Благородное чувство справедливости, детская наивность – это хорошие качества, но в данном случае – совершенно бесполезные. Зато они пробуждали непреодолимую силу духа, которая словно запускала сложный механизм, с помощью которого они и продвигались вперед.
Но рыжая, видимо, совсем расклеилась. Она не привыкла преодолевать столь длинные дистанции, у нее жутко болели истерзанные ноги, даже подошва от правого сапога отклеилась. Она не в силах была продолжать путь. Или оптимистка Санька просто «недооценивала ее мощь»? Покинуть подругу она не могла никак. В противном случае, Саше пришлось бы тащить малышку на руках. Но далеко они так наверняка не уйдут, не смотря на то, что девчонка в шапке была довольно сильная, спортивного телосложения...
- Давай останемся тут, - внезапно предложила рыжеволосая, слегка пошатнувшись. Она прекрасно понимала их положение. Кроме того, она была неимоверно горда и никогда бы не позволила какой-либо девушке, пусть это будет даже спортсменка Санька, поднимать ее на руки. А предлагать своей однокласснице покинуть ее и идти дальше самой - было очень и очень глупо. Темноволосая либо хмыкнула и сказала бы что-нибудь едкое, либо обиделась и отчитала девушку с ног до головы, начиная с того, что у нее в конец отмерзли мозги, и заканчивая тем, что их и подавно не было. Женя слабо улыбнулась своим мыслям и тихо повторила. – Давай останемся, а?
- Жень, да что с тобой? - не поверила своим ушам оптимистка.- Мы уже так много прошли... Не собираюсь я здесь оставаться. «Останемся тут», хм! Жень, у тебя, видать, совсем мозги отмерзли!
Женя горько усмехнулась.
- Мы сможем, я верю! – продолжала бушевать Саня, старательно не замечая грустной улыбки на лице подруги. - Давай, еще немного пройдем и...
- И что? - с иронией в голосе вопросила рыжая, стряхивая снег с куртки. - Что дальше-то будет? Объясни мне, неразумной, как можно убежать от своей судьбы!
- Берешь – и убегаешь!
- Санька!
- Вот только не начинай! – спортсменка закатила глаза. - Мы доберемся до какого-нибудь убежища, спрячемся там!..
- И будем жить долго и счастливо, пока не узнаем, что другие живут дольше и счастливее?- поморщилась Женя. - Не смеши меня.
- Ну, правильно, лучше, конечно, опустить руки и покорно ждать своей смерти, да? - разозлилась Санька, скрасив последнюю фразу еще парочкой обидных ругательств. Женя вздрогнула и недовольно покосилась на одноклассницу. Но та опять не обратила на это внимание и продолжала плеваться кипятком. - Ты давай еще начни могилу прямо тут рыть. Общую. А что? Отличное местечко, снежно, красиво. Романтика! А потом прибежит Марти, похвалит нас и скажет, что сортир нам нужен.
Воцарилось молчание. Девчонки, словно маленькие дети, зло глядели в разные стороны. Не время было ссориться. Но никто не решался заговорить первой.
- Александра Батьковна, - наконец, тихо позвала светловолосая. – Санька, где ты видела тут ближайшее убежище? Что за фантазии, ну, право?
Конечно, никакого убежища и быть не могло. А если и было, Александра Батьковная, она же Санька, вряд ли знала дорогу, даже примерное местоположения. Она никогда нигде не путешествовала, хотя обожала приключения, лето она проводила дома, хотя ей очень хотелось взглянуть на горы... В общем, перед Женькой стоял, скрестив руки на груди, сам Дух Противоречия, который противоречил всем подряд, не исключая даже себя.
Ну а если серьезно: чем мог обычный подросток защитить себя от разгневанного солнца? Ничем. А слова, ласковые и злые, - они вряд ли помогут.
Женя в расстройстве чувств обняла со спины подругу. Ну, тут и говорить было нечего. Обе прекрасно понимали, что их ждет. Точнее выразиться, они будут сидеть и ждать, пока большое и страшное Нечто не придет и убьет их. Все слишком печально, чтобы быть правдой.
Явно сон. Просто сон.
"Да-а-а, в такую дурацкую ситуацию я, наверное, никогда еще не попадала! Не считая того случая, когда съела несвежую дыню перед полетом в Америку. Ну и что сказать этому маленькому испуганному милому существу?" - усмехнулась Санька, чувствуя, как сотрясаются в сухих рыданиях хрупкие плечи «теплого комочка».
- Эй, ты-то чего плачешь? - зачем-то спросила спортсменка, продолжая, как идиотка, улыбаться.
- А я ведь так и не успела посмотреть премьеру «Оз. Великий и ужасный»! Там ведь в главной роли Джонни Дэп, да? Я этот фильм три месяца ждала! Мы вместе с тобой ждали! Что за несправедливость?!
- Да, жизнь вообще не справедлива. И в главной роли не Джонни Дэп, дорогая моя, а Джеймс Франко. Пора бы уже запомнить. - Санька печально покачала головой. Все-таки, Женя тоже хотела как-нибудь подбодрить подругу, а это значит, что дела совсем плохи. Только зачем она так старается, если у самой еще видны на щеках две тоненькие мокрые полоски?
- Все должно было закончиться по-другому! И вообще! Все не должно было заканчиваться так быстро! Я пожить толком не успела!- громко, капризно и совершенно внезапно заявила рыжая.- Не хочу! Не хочу с тобой расставаться! Пусть всем пусто будет, но я останусь с тобой!
- А кто сказал, что я ухожу? Я даже не собиралась. Все, Жень, кончай реветь.
Женя что-то тихонько недовольно прошептала, - темноволосая так и не смогла разобрать, что именно, наверное «Я и не реву»- и разрыдалась еще громче, всем телом прижимаясь к подруге. Миниатюрные плечики вздрагивали, Санька растеряно обернулась и ласково погладила малышку по спине. Право, как бы мило не выглядела сейчас Женя, спортсменке больше нравилось, когда ее улыбка. Прошло несколько мгновений и рыжая заставила себя успокоиться. Она пристыжено отстранилась и заглянула в отливающие зеленью глаза. Но попытка встретиться с Санькой взглядами и понять, о чем та думает, не завершилась успехом. Спортсменка в глубокой задумчивости смотрела в другую сторону, будто не замечая взгляда ярко-голубых глаз. Такого летнего и родного взгляда…
Санька действительно не замечала. Она во все глаза смотрела на горизонт, где в предрассветных лучах смертоносного солнца переливался всеми цветами радуги холодный сверкающий снег.
- Раскрой глаза пошире, - восхищенно сказала оптимистка, стянув с головы шапку. Сейчас красивые слова так и лезли в голову. Ну и почему бы ими не поделиться, если это и вправду последняя их беседа? - Взгляни на мир! Ты его видишь? Мир, который доселе был лишь сладкими грезами наших с тобой желаний. Мир, в котором, как в сказке, правит добродушие, щедрость и любовь. Ты видишь его?
- Не вижу. - Недовольно буркнула Женя, в который раз убеждаясь в бесшабашности своей родной и любимой, ласковой и нежной, сумасшедшей и веселой, спортивной и легкой, достойной тысячи прекраснейших слов, лучшей подруги. - С тобой все в порядке? Может, водички?
- Не видишь? А ведь он есть. Точнее, должен быть. Мы его обязательно найдем, не сомневайся. Нам просто кое-что нужно изменить. - Уверенно заявила Саша, игнорируя современное отношение Жени к поэзии.
Пока солнце не взошло - они живут. А поскольку они живы - они могут себе позволить наслаждаться красотой губительной природы, сколько влезет.
Женя на мгновение поверила в то, что это никакой не сон. Но осознание реальности ее вовсе не испугало. Скорее, наоборот, взгляд ее стал немного отчужденным, и она глупо заулыбалась, на секунду представив себе, что этот мир, каким бы жестоким не был, красив.
-Изменить кое-что в мире? - подхватив мысль и настроение Саньки, спросила Женя.
- Не-е-ет, изменить себя.
Зимний рассвет будет недолгим. Как и жизнь этих двух маленьких фантазерок, которые с самого детства были вместе, вместе мечтали, вместе представляли себе волшебную страну, в которой было вечное лето, вечная радость и вечные «мы».
- А вдруг мы уже никогда не попадем в свою сказку?
Суровую правду всегда можно скрыть за цветными фантазиями и веселым смехом. И мир меняется, стоит только изменить свое отношение к нему.
- С чего ты взяла?
Они беседовали лишь для того, чтобы не сидеть просто так, сложа руки, в мучительном ожидании своей скоропостижной смерти.
- Мы выросли...
Но было поздно отчаиваться. Поэтому они говорили, и говорили, и говорили… А на душе было так легко и весело…
- И что? Если будем верить в эту сказку, то обязательно еще раз туда попадем!
- Как? Во сне?
- Вполне возможно. А чем тебя не устраивает такой вариант?
- Мне редко снятся сны...
- Это потому что ты в них не веришь.
- Значит, все зависит от веры?
- Далеко не все.
- Тогда в чем же дело? Может, мое предназначение - жить и умереть в нашем мире, где правит жестокость и вероломство?
- Не говори так. Наш мир вовсе не так уж плох.
- Правда? Убийства, кража, аварии, постоянные катастрофы, и то, что случилось совершенно недавно – это норма? Ой, только не превращайся в Малышеву. Разве наш мир не жесток?
- Да я и не собиралась в нее превращаться, сегодня ведь не полнолунье. И вообще, твои красочные описания вовсе не подходят к нашему миру. Наш мир другой. Даже не такой, как мы его представляли раньше.
- Но как же...
- Ведь мы живем не в нашем мире. Мы живем в том мире, в который попали совершенно случайно. И эта случайность оказалась, как видишь, далеко не приятной.
- Как же нам отсюда выбраться?
- Думаю, ты и сама уже начинаешь догадываться.
- Да ну тебя к лешему! Смерть, что ли?
- Вот только не надо мне заливать, что боишься! – Санька звонко рассмеялась. Холмы передавали друг другу ее смех эхом, этим же подло провозглашая какие-то страшные секреты, которые никто не должен был знать. Стоит заметить, эхо показалась девчонкам уже не таким дружелюбным, можно даже сказать – зловещим, поэтому обе сейчас же замолчали.
- Как же мы могли ошибиться, выбрав не тот мир, какой хотели? – вновь нарушив воцарившуюся тишину, почему-то шепотом спросила Женя.
- Наверное, мы просто не заслужили его. – Пожала плечами ее подруга.
- Черт.
- Что?
- Знаешь, мне на долю секунды показалось, что я прожила все свои долбанные шестнадцать лет зря. Если бы я только знала…
- Никто не знал.
- Черт.
А солнце тем временем медленно просыпалось, будто злой хищник, очнувшийся ото сна и решивший наскоро перекусить вполне аппетитной свежатинкой.
- Я не достойна. – Грея дыханием уже посиневшие от холода ладошки, прошептала рыжая. Санька тоже внезапно осознала, что все тело будто пронзили ледяные иголочки, будто она погрузилась на мгновение в не менее ледяную прорубь. Но, приободрившись мыслью, что мучиться осталось еще совсем немного, продолжила столь увлекательную беседу:
- Достойна. Пусть жизнь ты прожила совершенно напрасно… - на этом моменте оптимистка запнулась, хитро улыбаясь. Она с нетерпением ждала реакции на свою подколку. Но, поскольку ожидаемого "ах, ты! А ну иди сюда, сейчас я как..." не последовало, и Женя только надменно хмыкнула и задрала курносый носик, барышня продолжила, - Ты отважно ожидаешь смерть, а не бьешься в истерике, заявляя, что не хочешь умирать, что у тебя дети, семья, муж и... и кастрюля не выключена.
Обе старшеклассницы не сговариваясь, звонко рассмеялись, припоминая свои школьные годы, которые в данный момент казались такими далекими и недоступными. Конечно, ситуация была не самая веселая, но девушкам сейчас определенно не хватало именно смеха.
- Знаешь, Сань, - успокоившись, улыбнулась красавица. – А я тебя люблю. Очень-очень люблю. Ты единственный родной человек, который решил остаться со мной до конца. Спасибо тебе.
- Ну конечно, - в ответ дружелюбно оскалилась Санька, припадая обветренными губами к холодному лбу подруги. А конец фразы она договорила уже мысленно. – «Вдвоем не страшно, Женька. Даже в конце».
Яркие лучи солнца полыхнули сизым пламенем, заливая снежные холмы ослепительным белым светом – таким чистым, что можно было ослепнуть. Такие легкие и хрупкие фигурки двух девушек, которые крепко-крепко держались за руки, утонули в холодном пожаре снега. Те, Другие, которые глядели издалека, никак не понять, была это игра света такая, или они действительно видели волшебную снежную лавину, которая как и появилась внезапно, так и исчезла. Однако двух подростков после этого аномального происшествия на месте не оказалось.


***

- Женя! – восхищенно воскликнула спортсменка, вынырнув из чистой, холодной, прозрачной и даже вкусной реки. Только уже не такой холодной, как снег. Намного теплее. – Женька, солнышко, няшка моя, ты где?
Почему-то она совсем не беспокоилась за свою подругу. Она твердо знала, что Евгения Батьковна обязательно попала в это же измерение, и она обязательно вынырнет, даже не предпринимая тщетные попытки захлебнуться. Откуда она это знала, почему не испугалась, что попала в совершенно другой мир, и почему на ней не теплая куртка-пуховик, а легкая летняя рыжая майка и джинсовые старенькие рваные шорты – она и понятия не имела. Но и на этот счет не сильно беспокоилась. По какой-то, опять же, неизвестной причине.
На поверхности воды возникла не менее удивленная и веселая мордашка. Рыжая тоже была не в сером пальтишке, а в любимом клетчатом комбинезоне. А еще у нее челка прилипла ко лбу и почему-то щеки раскраснелись.
- Ты… - Санька столько всего хотела сказать подруге, но так и не знала с чего начать. Поэтому, заливисто смеясь, она выкрикивала какие-то обрывки фраз и снова хохотала. Женя, поджав губы, то ли из вредности, то ли из принципов (перспектива барахтаться в воде с ошалевшей от счастья подругой особой радости ей не внушала), вышла на берег и вытянула спортсменку за собой.
- Нет, ну разве не здорово, а? – продолжала голосить Александра, отряхиваясь, словно намокшая псина. – А тепло-то как! Тепло!
И только когда она ступила на мягкую зеленую молодую траву, Женя развернулась и кинулась в объятия подруги, громко ругая весь этот долбанный белый свет, ледяной холм и почему-то саму Саню, которая нагло поцеловала ее в лоб.
- Эй, Евгения Игоревна! Ты чего там ругаешься? Я все слышу! Вот выброшу в реку я твой аквариум с этой дурацкой золотой рыбкой, будешь знать…
- МАМА! – обрадовано завопила огневолосая, со всех ног кинувшись в летний домик, который раньше, вроде бы, здесь не стоял. Или стоял? Может, спортсменка его просто не заметила… И стоит ли говорить, что Евгения Игоревна бегала быстро, а руку Саньки отпускать и не думала? Именно по этой причине они свалили по дороге два стареньких ящика, корзину и еще кучу ненужного хлама, который после пришлось убирать. Но это позже.
Влетев в дом на всех порах, чуть не сшибив бедную матушку с ног, Женька повисла у нее на шее. Нина Сергеевна удивленно и как-то растеряно гладила дочь по голове, тихо и злобно шипя на нее, чтобы та «прекратила немедленно вести себя, словно ребенок».
Александра облокотилась о дверной косяк и с довольным выражением лица наблюдала за столь умилительной сценой, пока Женя, наконец, опомнившись, не пригласила «гостью дорогую» в дом. А ведь матушка любимой готовила блины с творогом - просто пальчики оближешь.
После вкусного, а главное - сытного полдника (как давно они не ели?), девчонки вместе отправились "в сад по малину". Они и в самом деле туда отправились. И Евгения наконец разъяснила счастливой подруге сложившуюся ситуацию. Все было просто, как дырявый валенок: они попали в желаемое будущее. Именно в то будущее, в котором родители Жени планировали купить дачу, отпраздновать скорый День Рожденья дочери, пригласить «подружку Женечки, Сашеньку – воспитанную, хорошую девочку» на новоселье и еще уйму всего.
Санька, остановив длинный монолог, подарила любимой короткий, но мягкий поцелуй, нежно взяв ее за руку и прошептав всего два слова, в котором не было ни капли романтики, но произнесены они были с чувством и нескрываемой страстью: «Умолкни, дурочка!». Пройдет несколько мгновений, Женька придет в себя и наградит наглую оптимистку звонкой пощечиной, после чего притянет к себе и крепко обнимет, мысленно пропев слова любви.
Все вернется на свои места.
И все было хорошо...
Но два маленьких влюбленных мечтателя никогда не забудут, равно, как и никому не расскажут о том, что случилось на Снежном Холме 21 декабря 2012 года...

@музыка: Nirvana – Rape Me

@настроение: ништяк : )

@темы: fanfiction, мое., Безуспешная попытка щито-нибудь написать

Грозовой шквал

главная